Моуэт, которого мы не читали: Колонка Василия Авченко

27 ноября 2017, 18:50 1266
2 комментария
Книга «очарованного странника» Фарли Моуэта TheSiberians о советских Сибири и Северо-Востоке до русского читателя так и не дошла.

К этому плотному рыжебородому канадцу, ушедшему из жизни в 2014 году в почтенном возрасте 93 лет, прекрасно подходит старинное русское слово «естествоиспытатель». Причём речь тут об испытании не только природы, но и собственного естества.

Горький сказал про Арсеньева, что тот объединил в себе Брема и Купера. То же самое можно сказать о Моуэте, присовокупив сюда Купера, Лондона, Сетон-Томпсона, Даррелла… Моуэт писал и нон-фикшн, и художественную прозу – в традициях «индейской» литературы, только достовернее. Это Карл Май мог описывать Виннету, даже не посетив Америку. Не то - Моуэт, сжившийся не только с американскими аборигенами, но даже с волками.

«Не кричи: «Волки!», «Люди оленьего края», «Кит на заклание», «Отчаявшийся народ», «В стране снежных бурь», «Проклятие могилы викинга», «Собака, которая не хотела быть просто собакой», «Испытание льдом»… - в СССР Моуэта активно издавали. Но далеко не всего.

Биолог, солдат Второй мировой, фанат Севера, защитник коренных малочисленных народов, писатель, эколог, общественный деятель, правозащитник, даже кто-то вроде диссидента… - кем только не был за свою долгую жизнь Фарли МакГилл Моуэт, появившийся на свет в 1921 году в канадской провинции Онтарио.

«Моуэт постиг русских куда лучше многих профессиональных западных «кремлинологов»»

Вот только никто, кажется, не называл его славистом. А Моуэт постиг русских куда лучше многих профессиональных западных «кремлинологов». Может быть, потому, что подходил к предмету непредвзято.

Впервые встретившись с русскими на Эльбе, Моуэт мечтал побывать на «другой половине Арктики». В 1966 и 1969 гг. он совершил два путешествия в СССР. В книгах TheSiberiansи Sibir: MyDiscoveryofSiberiaон не ограничился заглавной тематикой. Выступая не столько натуралистом, сколько социологом, Моуэт вникал и проникался, озадачивался и открывал, деконструировал западные мифы о стране за железным занавесом. Описывал вкуснейших рыб – omul’я и chir’а, утверждал, что секс в СССР процветает, несмотря на представления о русском пуританстве… А когда гостю налили стакан чистого спирта, признал: даже рыбаки с Ньюфаундленда - самые крутые люди, каких он знает - не играют так с судьбой.

Канадец искренне (не теряя при этом ни иронии, ни скепсиса) восхищался советскими достижениями, особенно в части освоения Севера. Сравнивал советский опыт социальной работы, строительства, охраны природы, привлечения кадров и т. д. с канадским и американским - и сопоставление чаще всего оказывалось в нашу пользу (это потом наш Север бросили, началась депопуляция, и лишь в самые последние годы в наш лексикон возвращаются такие слова, как, например, «Севморпуть»). В Якутске Моуэт поразился: как русские строят 8-этажки на вечной мерзлоте? Восторгался столицей алмазов Мирным и «маленьким Ленинградом» - Магаданом. Высокую оценку гостя заслужила советская политика в отношении коренных малочисленных народов – а Моуэт в этом вопросе был одним из самых компетентных специалистов. Вот он в Якутске видит, что большинство художников, писателей, журналистов - якуты, эвенки и юкагиры, и признаётся: «Не могу себе представить даже отдалённо сопоставимую картину в Америке». В Институте мерзлотоведения удивлённо фиксирует: из 14 заведующих лабораториями восемь – natives, в том числе три женщины. Потом в интервью журналу «Вокруг света» так и скажет: «Хочу вызвать зависть у канадцев, рассказав им о том, что сделал для своих северных народов Советский Союз».

Моуэт спорил с представлением о том, что в «закрытом обществе» голос личности будто бы не слышен. Показывал: советская жизнь куда сложнее, чем принято думать; здесь есть и своё «гражданское общество» – взять ту же борьбу против Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Писатель высоко оценил послевузовское распределение, помогающее не только обуздывать рост мегаполисов, но и улучшать уровень образования, культуры, медицины на местах. А по части пресловутого советского милитаризма пришёл к выводу, что главная военная тайна русских - это их желание избежать войны.

Он открывал Сибирь западному читателю. Но теперь его TheSiberians - открытие и для нас. Открытие того Севера, который мы потеряли.

До Чукотки Моуэту добраться не удалось - даже сейчас это единственный субъект РФ, для посещения которого нужен пропуск. Но до Магадана он всё-таки доехал, и пусть за ним присматривали, как полагалось, вежливые люди в штатском, - из-под их опеки Фарли удавалось уходить. Об этом мне рассказывал дальневосточный писатель, эколог Анатолий Лебедев, в 1969-м вместе с геологом Эдуардом Гунченко умыкнувший Моуэта из магаданской гостиницы: «Я наплёл что-то по-английски кагэбэшникам, которые стояли в коридоре. Там был ещё Рытхэу, он сказал: не пойду вашу водку пить, мне вчера хватило. А Фарли вышел, с похмелья дикого… Я говорю: у нас юкола и водка, мы хотим побеседовать с вами о Севере. Провели дивные полдня!».

Юрий Рытхэу – главный писатель Чукотки, с которым Моуэт дружил, - и пригласил того в СССР. Фарли встречался и переписывался с Олегом Куваевым (последний предлагал вместе искать «очень большого медведя» на Чукотке, был и замысел фильма об Арктике), хорошо отзывался о северном прозаике Альберте Мифтахутдинове, у которого в 1967 году вышла в Магадане первая книга (есть чудесное фото колымского собкора АПН Фёдора Редлиха, запечатлевшее двух писателей на кухне, с сушащейся на батарее рыбиной). Кажется, Моуэт вообще воспринимался не вполне иностранцем, был своим. Даже внешне напоминал Малыша из «Смока Беллью» Джека Лондона – писателя, которого у нас считают почти русским.

К моему глубочайшему сожалению, книга Фарли Моуэта TheSiberians до сих пор не переведена на русский. В советское время, видимо, решили этого не делать - от греха подальше. При всех симпатиях к русским и к советскому проекту, при явной критической настроенности к капитализму канадец был слишком ироничен по отношению не только к себе, но и к русским друзьям, то и дело норовил «подколоть»… В СССР его книга могла бы показаться не вполне ортодоксальной. А теперь, когда издать её ничего вроде бы не мешает, нам всем стало не до неё, не до Севера и не до Моуэта. Жаль. «Сибиряков», попавших в нашу семью в 1992 году благодаря американскому геологу Рональду Фросту, я прочёл в оригинале с неотрывным вниманием, несмотря на подзабытый школьный английский. Возможно, сейчас книга была бы особенно интересна не для англоязычного читателя, далёкого от sibir’ских реалий, а именно для нас - советских, русских, северных, дальневосточных, много- и малочисленных… Надеюсь, её всё-таки переведут и издадут в стране, где Моуэта ещё хорошо помнят.

Читатели комментируют

2 Ottoxfr   13 декабря 2017, 05:10

Вам необходимо продвинуть интернет ресурс в интернете?. Ваши продажи для нас главный приоритет. Поможем продвинуть в ТОП.
продвижение интернет магазина
http://bit.ly/2yvpbEy

1 DanielBub   13 декабря 2017, 04:20

Добрый вечер !
Вы хотели бы заработать свои первые money .
Тогда ждем вас на нашем сайте casino vulkan slots|
гаминатор игровые автоматы|
вулкан как играть|
P.S. Тебя также ждет приветственный бонус в 100% при пополнении депозита...

Написать комментарий   Некорректный логин или пароль